Немецкие премиум-журналы COSMOPOLITAN, JOY и SHAPE будут впредь издаваться компанией Bauer. Соответствующий контракт был подписан между компанией Bauer Media Group и учредителем и собственником компании Marquard Media Юргом Маркуардом.
Сделка позволит собственнице Bauer Media Group Ивонн Бауэр вывести компанию на рынок премиальных журналов сразу в качестве значимого игрока. Обладая сильным портфолио, ориентированным в основном на прибыль с продаж тиражей, компания Bauer Media Group теперь расширяет свое присутствие в таких рекламоемких сегментах как «lifestyle» и «luxury».
«Сделка по приобретению печатных и цифровых версий таких потрясающих брендов открывает для нас новые возможности как в рекламе, так и в распространении», – говорит Ивонн Бауэр. «Мы с нетерпением ждем начала работы с этой успешной и целеустремленной командой в Мюнхене во главе с управляющим директором Вальтраутом фон Менгденом.
Bauer Media Group приобретает немецкоязычные журналы, а также связанные с ними онлайн-проекты. Сделка включает приобретение 100% компании German Premium Magazines AG с местонахождением в Цуге (Швейцария), а также 100% компании MVG Medien Verlagsgesellschaft mbh&Co с местонахождением в Мюнхене (Германия). Приобретение вступит силу при условии его одобрения Комиссией по монополиям и слиянию. Обе договаривающиеся стороны взяли на себя обязательства по неразглашению информации о цене приобретения.
В результате сделки компания Bauer Media Group приобретает немецкую версию крупнейшего в мире женского журнала COSMOPOLITAN. Журнал пользуется большим успехом на немецком рынке на протяжении уже более 30 лет, его основной аудиторией являются утонченные и взыскательные деловые женщины с высоким уровнем дохода.
Международный модный журнал JOY позволит расширить портфель компании в сегменте изданий, ориентированных на современных динамичных женщин, интересующихся индустрией моды и красоты. Сделка по приобретению распространяется на всю международную деятельность JOY по лицензированию. В настоящее время журнал издается в 13 странах.
Приобретение периодического издания SHAPE, посвященного здоровому образу жизни и красоте, пополнит портфель компании международным журналом категории «lifestyle», ориентированным на активных, следящих за внешностью женщин.
Юрг Маркуард, создатель и владелец Marquard Media AG, сохраняет владение 100% акций в Marquard Media International, расположенной в Цуге. Компании принадлежит 95% компании Computec Media AG, Фюрт, 100% компании Marquard Media Poland и Marquard Media Hungary, а также 50% компании Hearst Marquard Publishing Poland.
Юрг Маркуард заявил: «Я чрезмерно рад, что мои немецкоязычные женские журналы COSMOPOLITAN, JOY и SHAPE, а также сотрудники MVG в Мюнхене нашли для себя новый перспективный дом в лице одной из наиболее успешных семейных медиакомпаний в мире».
18.05.12
Немецкие журналы COSMOPOLITAN, JOY и SHAPE куплены компанией Bauer
Уоррен Баффет не верит в смерть газет
Уоррен Баффет не верит в смерть газет / Українська асоціація видавців періодичної преси
Похоже, Уоррен Баффет не верит в грядущую смерть традиционных СМИ. Инвестиционный фонд Berkshire Hathaway объявил о приобретении газетных подразделений компании Media General за $142 млн.
По условиям сделки, Media General также получит финансирование в виде займа в размере $400 млн и кредитную линию в объеме $45 млн. Взамен всего этого Баффет завладеет 19,9% акций медиакомпании.
Всего в активе Media General находится 63 газеты. Все они выходят на территории США, часть из них ежедневные, часть – еженедельные. Баффет делает явную ставку на небольшие региональные издания – так, в покупку не была включена крупная газета Tampa Tribune, которая испытывает финансовые затруднения. Помимо «газетного парка» Media General, фонд Баффета также контролирует долю в Washington Post, газету Omaha World-Herald и агентство Buffalo News.
Относительно недавно – в 2007 г. – Баффет был настроен в отношении «традиционных медиа» скептически, о чем и писал в своем обращении к инвесторам в том году. Многие аналитики отмечают, что сделка скорее напоминает операцию спасения, однако сам Баффет не исключает, что его фонд может скупить еще несколько газет.
15.05.12
Чья очередь кормить дохлую лошадь? Мифы распространения прессы, ошибки и правильные решения
Чья очередь кормить дохлую лошадь? Мифы распространения прессы, ошибки и правильные решения
Сергей Гаврилов,
генеральный директор АРПИ «Сибирь»
Древняя индейской мудрость гласит: что делать, если вдруг обнаружилось, что вы едете на дохлой лошади? Можно менять наездников, пересматривать требования к управлению лошадью, создавать комитеты по изучению лошади. Ничего не напоминает? Но правильный-то ответ — с лошади надо просто слезть.
Теперь обратимся к рынку прессы. Что нам делать, чтобы не оказаться на дохлой лошади?
Динамика продаж традиционной прессы показывает, что рынок падает. Мы провели измерения на собственной сети. Для замера мы выделили 250 устойчивых номенклатур и 50 постоянных киосков, которые не меняли своих мест, не закрывались, стояли на одном месте и работали. И собрали статистику по продажам в экземплярах за 5 лет. Результаты мы получили следующие: в 2007 году было продано 160 тысяч экземпляров, а в 2011 году мы получили продажи на уровне 80 тысяч экземпляров. Продажи упали в два раза.
Отдельные компании, конечно, могут расти. Они занимают лучшее положение на рынке в своем городе, ведут агрессивную ценовую политику, открывают новые точки. Но статистически правильные замеры — на стабильных точках, на одной и той же выборке — показывают, что, к сожалению, продажи падают.
Можно предположить, что это касается только киоскового сегмента, ведь есть же еще супермаркеты, магазины прессы. Да, возможно, киоски наиболее подвержены отрицательным тенденциям, которые мы видим, но падение в два раза все-таки показывает, что это глобальное изменение на рынке, связанное не только с самим сегментом.
Недавно в кулуарах мы спорили, а растут ли патворки. Коллеги мне активно оппонировали, говорили, что патворки растут, что январь-февраль этого года они закрывают выше, чем январь-февраль прошлого года. Возможно, в каких-то регионах это так. Я располагаю данными касающимися Сибири и предоставляю их. Патворками мы торгуем давно и торгуем правильно: от максимальных продаж первого номера к последующему падению. Так вот, на постоянной базе клиентов динамика продаж выглядит следующим образом: с 2008-го по 2010-й годы мы наблюдали рост, в 2011 — падение.
Причем, у отдельных издателей или отдельных коллекций могут быть взлеты и отличные продажи. «Scooby Doo! Великие тайны мира», например, и «Шахматы Гарри Поттера», в которые мы поначалу не верили, так как это перезапуски, показали отличные результаты. Но это отдельные издания. А я говорю об общей тенденции рынка.
Теперь давайте посмотрим на динамику среднеточечных продаж. Чтобы не было недопродаж, средний возврат по сети должен составлять около 40%. Это значит, нужно продавать не меньше 1,5 экземпляров на точку.
Замеры, сделанные в нашей сети в 2008 году, показали, небольшое количество изданий мы продавали в количестве 60 экземпляров на точку, не секрет, что это телегиды. Но наряду с рекордсменами есть и издания, которые продавались по 1 экземпляру на точку. Таких было 188 позиций из 649. А всего в зоне риска (с продажами меньше 1,5 экземпляров) находилось 40 % всех изданий. В 2011 году мы повторили замеры, и обнаружили, что в зону риска попали 58% позиций.
Что же происходит с изданиями, продажи которых так низки? Бывает, средние продажи составляют 1 экз. на точку, а зачастую, нужно еще понять на какой именно точке мы можем продать этот экземпляр. Это в математике хорошо считать, что продажи составили 0,5 экземпляра. А в жизни мы не можем послать на точку пол-экземпляра. Это значит, что с 50% сети возврат гарантирован.
Итак, рынок очевидно падает. Что же мы делаем? Многие начинают действовать так, как действовали 20 лет назад, когда начали заниматься бизнесом. Издатель говорит: «Я знаю, что поможет продажам моего издания». Он в этом абсолютно убежден. Издатель считает, что нужно раздать прямые контракты, заполонить полки тех сетей, которые контракты получат, сети будут насыщены его изданиями, и все будет хорошо. Распространитель тоже выступает за прямые контракты, считая, что прямой контракт даст ему отличную цену, а посредник делает слишком большую наценку.
Другие распространители решают продавать, как было на заре перестройки, только самые лучшие издания. Помните, как продавались «Спид-инфо» и Cosmopolitan? На этих двух позициях можно было жить. Человек с утра вышел, несколько пачек возле метро продал, семья сыта и довольна. В современных условиях некоторые распространители говорят: «Не буду торговать всей этой прессой, которая продается меньше одного экземпляра, буду торговать только патворками». Кстати, у нас есть в Новосибирске клиенты, которые выбрали для себя эту модель и торгуют только патворками. Такой клиент закупает их, и обещает, что никогда не будет делать возвратов, «только выполните мой заказ». Торговая точка в итоге представляет собой этакий музей. Там куча изданий, куча номеров. И клиент может там купить практически любой номер интересующей его коллекции. Но понятно, что хитов, таких как пульт к AMG Mercedes, там, как и везде, нет.
Но все это не рабочие инструменты, а мифы, их заменяющие.
При прямых контрактах издатель получает расширение представленного в сети ассортимента. Многие издатели дают прямые контракты только сетям, которые берут у них все издания. Розничная сеть соглашается на это условие, пользуется дополнительным товарным кредитом, а издатель получает дебиторскую задолженность и риски по невозврату. Розница же вместе с плюсами прямого контракта получает дополнительную работу и дополнительные затраты на логистику. А потом еще и понимает, что зарабатывает-то она не на том, что дешевле купила, а на том, что больше продала.
Что же касается мифа о том, что можно торговать только хитами. Распределение продаж показывает, что 250 наименований из 700 дадут 85% продаж. А еще 450 наименований — оставшиеся 15%. Возникает соблазн отрезать этот «хвост», сократить ассортимент почти в три раза, в два раза уменьшить количество работы, и получить падение продаж всего на 15 %. Но киосковая сеть тогда начинает напоминать супермаркет, где эти 250 наименований уже есть. А покупатель, который приходит в киоск, рассчитывая на большой ассортимент, не находит своего любимого журнала. В итоге происходит дальнейший уход покупателей из киосковой сети.
Концентрация на патворках опасна тем, что теряется навык работы с низкотиражной традиционной прессой. За последние годы все поняли, что торговать патворками — это прекрасно. 40% рынка — это хорошо. Но сейчас надо вспомнить, что 60% мы зарабатываем на традиционной прессе. И на ней надо уметь зарабатывать.
В попытках увеличить продажи наши коллеги проводят и другие эксперименты. Издатель, например, предлагает снизить цену в рознице, издатель может направить деньги в рекламу. И далеко не всегда это эффективно.
Но не все так плохо, есть и действительно работающие инструменты, которые позволяют зарабатывать деньги. Это, например, поточечное управление продажами, которое позволяет прогнозировать, где именно вам удастся продать то или иное издание.
Нужно работать с низкотиражной традиционной прессой. В новокузнецком объединении «Союзпечать» за счет расширения ассортимента на 318 наименований прессы, мы за три месяца получили 360% роста. Цифры впечатляют. Конечно, это эффект низкого старта, но он показывает, что покупатель все еще хочет покупать традиционную прессу, и если ему эту возможность дают, благосклонно реагирует.
Конечно, нужно проводить совместные программы с издателями. Вместе с издательством «Газетный мир» мы выделили ассортимент, максимально интересный клиенту, начали постоянно обмениваться информацией о продажах и получили очень неплохие результаты. Рост продаж составил 29,6%.
Хорошо работает программа «Единая цена», которая снижает для нашего региона риск, что издание с высокой из-за доставки ценой не попадет в целевую аудиторию.
Важна специализация и концентрации на выполнении своих функций. В розничной сети группы компаний «Сибирь» мы держим, например, всего 20 сотрудников в офисе на 150 торговых точек. За счет чего мы можем обойтись таким количеством? Конечно, за счет специализации. Это позволяет четко понять, на чем компания зарабатывает деньги, где она их тратит, как минимизировать траты и как работать эффективнее. Если все компании ответят себе на эти вопросы, выиграет вся цепочка издания и распространения прессы. И мы сможем зарабатывать даже на падающем рынке.
Диаграмма 1
Динамика продаж традиционной прессы (в экземплярах)
Диаграмма 2
Динамика продаж коллекционных изданий (в экземплярах)
Диаграмма 3
Рост продаж в результате расширения ассортимента сети Новокузнецкого объединения «Союзпечать»
Диаграмма 4
Рост продаж после реализации совместной программы развития с издательством «Газетный мир»
Диаграмма 5
Рост продаж изданий ИД «Пресс-Курьер», обеспеченный реализацией программы «Единая цена»
Материал подготовлен пресс-службой АРПИ «Сибирь» по итогам XXII семинара «Повышение эффективности продаж периодической печати»
14.05.12
Книжный бизнес в беде: кубанцы отказываются читать
Книжный бизнес в беде: кубанцы отказываются читать
Книгопечатный рынок в России сократился на 20% за последние три года. Краснодарские книготорговцы отмечают падение продаж за 2011г. на 14%. Они винят в этом Интернет и деградацию населения.На официальном сайте Роспечати 10 мая этого года опубликован доклад "Книжный рынок России. Состояние и перспективы. 2012 г". Согласно документу сокращение рынка печати книг и брошюр происходило на фоне роста спроса на электронные издания. По данным Роспечати за 3 года рынок электронных книг вырос в 12 раз.
"Спрос на книжную продукцию снижается, — рассказывает "Деловой газете" заведующая книжным магазином "Букводар" Ирина Ладо. По ее словам, читатель уходит в интернет. "Даже старшее поколение все больше читает в электронном виде", — сетует эксперт.
Согласно статистике Роспечати, 30% взрослых жителей крупных городов читают электронные книги, цена которых составляет около 20% от стоимости бумажной книги. Коммерческий директор ООО "Когорта" (сеть книжных магазинов и издательство) Леонид Костенко считает, что цена легальной электронной книги меньше всего в 2 раза. Он видит проблему в массовом распространении пиратских копий. Уровень пиратства, по данным Роспечати, на рынке электронных книг достигает 80-90%.
Средняя цена книги в ООО "Когорта" — 200 рублей, в "Букводаре" — тоже около 200 рублей. Ирина Ладо отмечает, что цена на книгу зависит, прежде всего, от издательства. Леонид Костенко рассказывает о том, что в их сети наценка на книги около 35%. При этом, чистая прибыль из них составляет порядка 7%, остальное — расходы на аренду, транспорт, налоги, зарплаты. В то же время эксперт отмечает, что при собственном издательстве книг в стоимость закладывается около 50% прибыли. Но продаются эти книги дольше, за счет чего прибыль обесценивается.
"Мы издаем 2-3 книги в год, — рассказывает Леонид Костенко. — Это скорее имидж, чем прибыль. Читатель может придти в магазин конкретно за нашей книгой и увидеть другие". Эксперт отмечает также, что ощущается нехватка авторов. По его мнению, в Краснодаре половина печатающихся книг — поэзия, остальное — мемуары ветеранов. И те, и другие не пользуются большим спросом. "Всех интересных авторов, как правило, перехватывают крупные федеральные издательства, — говорит эксперт. — Они в состоянии предложить большие тиражи и лучшие условия".
"Книжный рынок не развивается, а затухает", — говорит Ирина Ладо. По ее мнению, стратегический упор нужно делать на сопутствующие товары: игрушки, сувениры, канцелярию и т.д. Кстати, данные Роспечати подтверждают эту тенденцию. Если четыре года назад соотношение книжных и некнижных товаров в общем объеме продаж составляло примерно 80/20, то сегодня – 70/30, говорится в докладе.
По мнению Леонида Костенко, в прошлом году продажи книг снизились примерно на 14%. Он, однако, считает, что дело не в электронных книгах, а в общей деградации населения и утрате интереса к чтению.
"В этом отношении думать нужно Правительству, книготорговцы ничего сделать не могут", — говорит Леонид Костенко.
В структуре продаж "Букводара" около 30% занимает детская литература, эксперт из "Когорты" отдает ей около 20%. Леонид Костенко отмечает, что 30% доходов приносят учебники. На долю художественной литературы в "Когорте" приходится всего лишь 6-7% продаж. Ирина Ладо отмечает, что в ее магазине художественная литература занимает 30% продаж. «Но это связано с местоположением магазина рядом с университетом», — добавляет она. Оба эксперта отмечают упадок спроса в отношении деловой и специальной литературы. "Четыре года назад спец. литература приносила 50% продаж, — говорит Ирина Ладо. — Теперь студенты все находят в интернете, а к нам приходят в основном за шпаргалками". Основные покупатели, отмечает эксперт, мамы и бабушки. "Женщины в 2 раза больше покупают книг в целом, — рассказывает Ирина Ладо. — Но это не значит, что они больше читают. Просто кошелек часто находится у них".
Тиражные показатели не совсем соответствуют тенденциям спроса. По данным Роспечати, за последние три года По тиражным показателям отмечается увеличение доли учебной (на 6,9%) и научной (на 0,5%) литературы на фоне снижения доли тиражей изданий для детей (на 2,9%), литературно-художественных (на 2,8%) и справочных (на 1,1%) изданий.
Олег Павленко
12.05.12
Печатные СМИ уверенно идут на союз с конкурентами
Печатные СМИ уверенно идут на союз с конкурентами
Известный женский журнал Elle начал использование приложения в сети Facebook. Оно позволит поклонникам и друзьям страницы покупать вещи, представленные в приложении Spring Trend Report. Само приложение планируют обновлять каждый сезон.
Сколько раз печатной прессе прочили скорую смерть? Но каждая ее запланированная кончина оборачивается перерождением. Или того хуже — удачной конвергенцией или синергией с очередным убийцей.
Свести с брендом
Теперь модные журналы не только разносят вирус шопоголизма. Они становятся местом для импульсивной покупки. Точнее, не сами по себе журналы, а их страницы в Facebook. На этой неделе в профиле всемирно известного журнала Elle появилось приложение Spring Trend Report. Оно является мостиком между мало что значащими лайками и номерами пластиковых карт поклонников страницы.
Приложение предлагает посетительницам страницы выбрать один из шести образов. От крайне неутилитарного спортивного до вожделенного подвенечного. Выбор каждого образа переводит пользователя на страницу, на которой представлены товары. Обувь, одежда и аксессуары, соответствующие выбранному образу.
Все товары кликабельны. Сумочки Ferragamo по $1300, ожерелье Michael Kors за $395, шорты Tommy Hilfiger с яркими растительными принтами по $88 и даже демократичные эспадрильи Havaianas за $38 О, нет! Они уже закончились!
Впрочем, если товар уже закончился, то это не беда. Твоя подруга подумала о тебе. Если серьги Hearts On Fire из комбинации белого и желтого золота с одиннадцатью радиально расположенными бриллиантами все еще не относятся к категории импульсивных покупок, то можно пока выразить свое мнение и подчеркнуть свой вкус и индивидуальность при помощи кнопок.
В журнале даже решили назвать это лексиконом Elle. Всего кнопок три. Первая «нравится», но из-за схожести с лайком переквалифицированная в «люблю». Вторая «хочу», что на лексиконе Elle эквивалентно «это в моем списке». И самая «ядерная» — «владею», что следует трактовать как «у меня уже есть — и тебе тоже следует иметь».
Так издатели продумали высокое вирусное проникновение собственного приложения в массы пользовательниц. Расчет простой. Даже те, кто не дойдет даже до страницы интернет-магазина, могут внести свой вклад в повышение продаж. Ведь на товар, обозначенный пометкой love, want или own, могут обратить внимание другие пользователи, которые будут видеть действия своих друзей в их профилях. Таким образом, едва ли не каждый клик в этом приложении будет для любого из товаров своего рода маркетингом. Точнее, доверительным маркетингом от подруги к подруге.
Создатели приложения утверждают, что при создании данного предложения не были сфокусированы на продажах как таковых. Целью было максимальное распространение рекомендаций среди друзей. «Нам пока непонятно, получится ли из этого бизнес и подходящая ли Facebook платформа для этого. Мы понимаем, что эта социальная сеть прекрасна для распространения советов и разговоров о продуктах и товарах. Даже если человек ничего не приобрел. Он может выразить одобрение своими действиями»,— заявил представитель компании.
В Hearst Digital Media заявляют, что таким образом они видят соединение экспертного контента о современных тенденциях и легкого доступа к брендам. В самой же компании называют это экспериментом и заявляют, что между журналом и партнерскими интернет-магазинами нет соглашений о получении вознаграждения за продажи. Также в Hearst подчеркивают, что сфокусированы на самом бренде Elle и брендах партнеров безотносительно к продажам. Хотя и говорят, что будут внимательно отслеживать трафик на сайты партнеров.
Непреднамеренная конкуренция
Чудеса завершаются на кнопке «купить», которая пересылает любопытствующих на сайт соответствующего интернет-магазина. При довольно хорошем исполнении самого приложения некоторые нарекания вызывает сам подбор товаров в соответствии с образами. Так, например, в спортивном разделе представлены некоторые вещи, которые довольно сложно отнести к спортивным по своей сути. Кроме того, пока выбор самих товаров — довольно ограниченный. Не исключено, что сам процесс выбора или же фильтрации товаров по категориям исключены полностью, а категории продуктов перемешаны и идут вразнобой.
Кроме того, весь процесс совершения покупки было бы логичнее провести, не выходя из приложения. Например, выбрав те же серьги с одиннадцатью бриллиантами, вы попадете на сайт интернет-магазина, где вам придется выбирать между 18-каратным белым и желтым золотом, платиной. И только после этого вы перейдете к началу оформления заказа.
Дело в том, что интернет-ритейлеры стремятся максимально упростить этот процесс. Считается, что покупка на сайте должна совершаться в три клика. Иначе пользователь может не пройти весь процесс до конца и отвлечься на что-нибудь другое.
Также, что немаловажно, пользователи не могут отслеживать отобранные ими товары в динамике. Зачастую многие пользователи практикуют набрасывать в свои списки желаемые товары и возвращаться к ним в периоды распродаж или акций. Так они уверены в том, что сразу найдут понравившийся товар. Да еще, возможно, и по более сходной цене.
В приложении Elle такой возможности нет. Каждое нажатие на одну из кнопок будет видимо для всех ваших друзей, но потонет в вашей хронике уже через несколько часов.
В данном же случае журнал хоть и представляет в распоряжение ритейлеров свою экспертизу, но выступает как «удлинитель» процесса совершения покупки. Получается, что «социальные» функции распространения контента в приложении реализованы прекрасно. Но, с точки зрения продавца, оно продумано намного слабее. Вероятно, именно этим и поясняется отсутствие договоров между издательским домом и брендами о вознаграждении за продажи.
И хотя в Hearst, очевидно, не собирались конкурировать с интернет-магазинами своим приложением, то аллюзии в онлайн-торговле, похоже, неизбежны. Вероятно, в скором времени придется пересмотреть подход к функционированию приложения и наконец определиться — работать на имидж бренда и бренда партнеров или же продавать.
Во-первых, звонкая монета всегда лучше подкрепляет имидж. Во-вторых, если выяснится, что приложение толком не работает и будет раскритиковано, то с высокой долей вероятности партнеры поспешат выйти из проекта. Чтобы не омрачать собственный имидж участием в мертворожденном мероприятии.
В Hearst Digital Media собираются вносить изменения и улучшения в созданное приложение в течение всего года. А также продвигать его при помощи email-маркетинга, на сайте и рекламы в самом Facebook.
В летней версии приложения Trend Guide, которая будет актуальна во время летних месяцев, будет сделан упор на средствах по уходу за кожей. Осенью же акценты будут перенесены на аксессуары с целью поддержать и перезапустить бренд ELLE Accessories.
Журнал также уже имеет взаимоотношения в сфере электронной торговли с Rue LaLa и HMS. По словам представителя компании, нынешние доходы от реализации данных проектов хоть и невелики, но продолжают расти. И с каждым экспериментом в издательском доме выясняют все новые и новые подробности о своих читателях. А также о том, что и каким образом им можно продавать в интернете.
Впрочем, это не первая попытка Elle перекинуть мостик от потребителей в интернет-магазины брендов. В прошлом году журнал и J.C. Penney Co. Inc. совместно запустили два коммерческих сайта, на которых пытались отработать в чем-то схожую модель. После запуска приложения в J.C. Penney Co. Inc. заявили, что свернут оба проекта к лету этого года.Хотя запуск Spring Trend Report не оказался оглушительным, он показывает многим медиа-пути монетизации своего «бумажного» имиджа. По сути, едва ли не каждое СМИ может делать подобные коллаборации со своими партнерами. К примеру, глянец, ориентированный на более молодую аудиторию, вполне может работать с тем же Mango или Kira Plastinina, а GQ или Esquire вполне могут приторговывать шелковыми брюками карго Yves Saint Laurent за 600 фунтов или сандалиями Lanvin — за 260. А значит, репутация и имидж издания «в реале» вполне поддается «конвертации в онлайне». А здесь все еще масса пространства для взаимодействия и партнерства.
Данил Нестеров
29.04.12
В метро оставят по одной точке с прессой
В метро оставят по одной точке с прессой
28.04.2012 16:32На станциях метрополитена будет расположено не более одного торгового места с прессойВ связи с подготовкой к проведению в Киеве чемпионата Европы по футболу Евро-2012 и с целью обеспечения безопасности перевозок пассажиров, с 1 мая 2012 года на территории коммунального предприятия "Киевский метрополитен" будет приостановлена торговля с передвижных средств (столов, лотков ), за исключением торговли печатной продукцией (прессой). Об этом сообщает пресс-служба киевского метрополитена.
Согласно требованиям правил противопожарной безопасности, на станциях метрополитена будут расположены не более одного торгового места с прессой.
Такое решение будет способствовать освобождению площадей метрополитена для удобного и комфортного передвижения пассажиров по станциям и подземным переходам.
В настоящее время работники служб метрополитена прорабатывают схемы размещения передвижных средств для торговли прессой в вестибюлях станций метрополитена.
25.04.12
Василий Гатов: Журналистов интересуют только те вещи, которые вызывают конфликт или радость
Василий Гатов: Журналистов интересуют только те вещи, которые вызывают конфликт или радость
Портал Properm.ru попробовал взять у исполнительного директора по инновационной деятельности «РИА Новости» Василия Гатова интервью о политике. А получилось все равно о СМИ.
Разговор начался в кафе на Пермском форуме. Мы уселись в плетеные кресла друг напротив друга и начали.
— Василий Викторович, по некоторым данным, из бюджета Пермского края свыше 200 млн рублей ежегодно тратится на финансирование СМИ. Возможно ли исключить эту строку расходов? Какими будут последствия?
— Не все так просто. Появление такой статьи в бюджете является следствием двух процессов.
Один из них носит легитимный характер: власть обязана информировать население о своих действиях. Этот процесс может быть легким, когда общество страшно заинтересовано в любых аспектах деятельности власти, а может и тяжелым, когда оно не проявляет абсолютно никакого интереса. Правда, закон не очень четко определяет, о чем надо и о чем не надо информировать. Власть, в силу своей бюрократической структуры, считает, что ей нужно рассказывать о таких вещах, которые нас совсем не интересуют, а для нее важны.
Возьмем, к примеру «РИА Новости». Мы получаем чуть меньше 3 млрд рублей в год от нашего государства. Это астрономическая сумма, но есть и больше: Russia Today и ВГТРК — в четыре раза больше. Это объясняется не только тем, что они хорошие лоббисты, а еще и тем, что на них висит куча контрактов о непонятно кому нужном информировании — про таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, про экологическую активность ведомств, про какие-то региональные программы.
Это исходит из довольно бессмысленных отношений СМИ и власти.
— Почему бессмысленных?
— Журналистов интересуют только те вещи, которые вызывают конфликт или радость. Рядовая и регулярная поденщина ни у кого не вызывает интерес. Ну какая разница, встретился губернатор с учителями района или нет? А тем, кто отвечает за организацию встречи, важно, чтобы эта информация дошла до определенного количества людей.
Другое дело, когда подобные вещи приобретают формы пропаганды, когда формируются ложные образы и смыслы, которые искажают реальность.
Ограничение между этими вещами носит этический характер. Оно из области не правового, а нравственного регулирования. То есть человек, который это делает, должен осуждаться профессиональным сообществом.
— Что и происходит. Все журналисты априори прокляты своими читателями, потому пишут под заказ…
— Вы это сами сказали. Я этого не произносил.
— И не произнесете?
— Далеко не все прокляты. Основное преимущество в том, что это не первородный грех. От него можно избавиться, просто начни говорить правду, для этого не обязательно воевать с заказчиком, нужно просто не врать.
Я не хочу оценивать, как это проиходит в Пермском крае. Не хочу спекулировать. Я правда не знаю. Но с точки зрения внешнего наблюдателя, мне нравится, что делал Чиркунов в этом регионе все эти годы. Я вижу в этом смысл даже более широкий, чем региональный. Вы можете быть локально недовольны, но то, что здесь делалось — это демонстрация возможной альтернативы, которая важна всей стране. Да, у вас не построили детский сад, не подняли на три рубля пенсию, но в то же время показали, что можно прыгнуть выше своей головы, или что можно делать некоторые вещи не так, как другие.
Россия вообще странная страна. Сколько вам лет?
— 26.
— Когда советский союз пал, вам было 4 года. Вы вообще не представляете, что такое жить в Советском союзе. А между тем, для профессиональных журналистов, с одной стороны, это было лучшее время — возможности были безграничными. С другой стороны — самое худшее. Машина переламывала тебя, и нужно было либо согласиться, либо отказаться. Пойдемте на улицу, я покурить хочу.
Мы вышли на площадку за вторым павильоном Пермской ярмарки. Встали у деревянного стола. Гатов достал сигареты. Закурил. Немного помолчал и продолжил.
— Отвечаю на ваш основной вопрос, хорошо ли, что администрация тратит 8 млн долларов на коммуникации. Надо смотреть, на что именно. Если эта история связана с поддержкой локальных СМИ, когда им дают деньги, чтобы они освящали какие-то аспекты деятельности — про надои, например, и т.д., или публиковали какие-то законы, это одно. Ну что делать, это нужно. Но если деньги расходуются на нападение противников, это плохо.
— Что будет, если государство не будет тратить деньги на эти вещи?
— Будет по разному. Что-то будет выпячиваться. Что-то будет комуницироваться в избыточном объеме относительно общественной потребности.
— И в чем эта потребность?
— В знании того, что делают люди, которым доверено обществом управлять.
— Без губернаторского контроля журналисты не разберутся?
— Разберутся конечно. Но по ряду позиций будет замалчивание. Это неинтересно. При всем уважении. Я сам много лет работал в разных изданиях. Есть некая повестка дня, которую хочет редактор. Независимый редактор формирует ее исходя из своих соображений, ориентируяь на то, что продается и что интересно читателям и рекламодателям. Им вообще неинтересно читать об инвалидах. Вы выпустите газету об инвалидах, а ее не купят. А продается газета «Жизнь» — слухи, скандалы, расследования.
— Вы намекаете на то, что власть несет воспитательную функцию?
— Может нести. Но власть очень разная. Есть власть, которая строит из себя миссионера, несет в свет разумное, доброе и вечное, противостоит злу. Есть ужасная власть, которая совершает страшные вещи и обманывает народ через медиа. 200 млн, говорите?
— Больше. Основные затраты идут на районные газеты.
— Естественно. Потому что там и происходит формирование социальной информационной среды. Районка теоретически не может быть прибыльной.
— Хорошо если формирует эту социальную среду. А если читатели плюются со словами — «Читать нечего в ваших газетах, везде губернатор!»?
— Да, не все решается балансом спроса и предложения, к сожалению. Не все общества в этом смысле так идеальны как американские, где вокруг газет формировались города. И они продолжают играть эту роль до сих пор. И в Америке до сих пор самые стабильные, самые прибыльные и самые перспективные малые газеты с тиражом 20 тыщ экземпляров. Они являются местным комьюнити. А у нас газеты навязаны сверху. Пермь как город экономически может поддержать несколько газет. А Кунгур — нет. Поэтому дотации газетам — это не хорошо, потому что это противоречит принципам справедливой конкуренции, но это неизбежно, потому что есть обязанность власти информировать население о своих действиях.
— Не находят ваши слова поддержки в моем сердце.
— И в моем сердце не находят. Я как либертарианец считаю, что то, что должно умереть, должно умирать.
— Широкий спектр газет, от деловых СМИ до газет для инвалидов, могут сами сформировать информационную повестку и попадут в свою аудиторию, найдут новости, которые нужны их читателям.
— Это правильно, но по факту у этого есть противоречие на обратной стороне общественного договора. Власть по конституции обязана оплачивать информирование своей деятельности — печатать законы, например.
Дальше вопрос в том, что, так как конституция описывает это очень общо, дальше начинается вольное трактование, которое нельзя запретить. Конституция говорит: «цензура СМИ запрещена». А она есть, но принимает другие формы. Цензура в советское время предусматривала предварительное согласование текстов. Любых. Визитные карточки ты не мог напечатать без штампа цензора. Сегодня ничего такого нету. Типография примет любой текст, который вы передадите, и не потребует у вас согласования с пресс-службой Чиркунова.
— А если власть дает прямые указания СМИ, например, напишете на эту тему — выпадете из системы госконтрактов?
— Это экономичсекая цензура, цензура страха за свое рабочее место. Это совсем другой вид цензуры. Ты можешь встать и сказать — «А пошли вы на хрен!». По моей приблизительной оценке, примерно половине СМИ в стране никто никогда не звонит, и никому не придет в голову позвонить.
— Для регионального телеканала потеря госконтракта это верная смерть, как и для крупного таблоида.
— Можно ли пользоваться этим инстурментом так.
— Можно?
— Разные культуры отвечают на него по-разному. Во Франции все газеты без исключения, любят они Саркози или нет, получают госдотации. Все поровну. У нас, к примеру, все толстые (литературные — Properm.ru) журналы получают, потому что во всем мире они умерли, а у нас как культурное наследие живут. Все федеральные каналы получают от государства особый вид стипендии за распространение сигнала в города с населением менее 100 тыс. человек. Так что в этом смысле принцип равенства где-то соблюдается. И не отнимут ничего у телеканала, условно говоря, «Звезда», если он вдруг начнет высказывать нехорошие мысли.
Сам факт существования таких бюджетных раходов не плохой и не хороший. Это результат проблем внутри общественного договора под названием конституция.
— Ваш прогноз, что будет, если закроется финансирование?
— Для районок это смерть. За исключением тех районов, где есть локальная экономическая жизнь. Она не вымрет, а перейдет из редакционного типа в инициативную, блогерскую. Ряд людей работают журналистами не потому, что они зарабатывают так женьги, а потому что они хотят писать.
— Что будет в Перми?
— Такой город может поддержать не одну, не две и не три газеты.
— Колбасить будет не по-детски.
— Колбасить будет не по-детски. Но рано или поздно выстроятся бизнес-модели, которые позволят жить СМИ. Поверьте, экономика газеты это довольно простая история, это не сеть гипермаркетов, гораздо проще.
— Зачем вы приехали на Пермский форум?
— Я веду здесь секцию про «Медиа», а еще потому, что на Сапрыкина (Юрий Сапрыкин, шеф-редактор объединенной компании «Рамблер-Афиша» — прим. ред.) свалилась люстра. Теперь придется вести и про социальные сети.
Гатов докурил и достал новую сигарету.
— Кстати, про ваш вопрос с финансированием СМИ. Я помню, больше года назад, когда Лужкова сняли…
Гатов на секунду задумался и внезапно обернулся с вопросом к молодому человеку, который стоял рядом с нами
— Когда это было?
— В сентябре 2010 года — охотно уточнил тот.
— Министр Щеголев (Игорь Щеголев, министр связи и массовых коммуникаций РФ — прим. ред.) меня и нескольких людей по очереди вызвал на «терки» по поводу того, что делать со всеми этими висящими на бюджете СМИ, печатными газетами, радио, издательствами. Знаете, что есть издательства книжные, которые тоже сидят на бюдете, и их довольно много. Все довольно радикально ему сказали, что, с точки зрения экономики, бюджет должен отказаться от этих обязательств. Это будет на пользу бюджету и на пользу рынку, потому что выживут сильнейшие и заново выстроят схему своего существования. Кое-где это и произошло, когда были найдены явные перекосы и суммарный объем инвестиций государства в медиа, которые контролирует федеральный бюджет, уменьшился на 15% после этого. Он и дальше будет стратегически уменьшаться.
— Какими были последствия этого снижения?
— Ничего ужасного я не заметил. Где-то люди перестали роскошествовать, где-то перестали обманывать. Московское правительство перестало оплачивать с десяток относительно крупных фальшивых СМИ, и сконцентрировалось на тех, которые особую роль играют.
— Как вы оцениваете будущее Пермского форума?
— На месте любого преемника, я бы, конечно, сохранил эту конструкцию. Это, безусловно, такая вещь, событие, которое внесло Пермь в интеллектуальную карту очень многих людей — и бизнеса, и культуры, и коммуникаций — массу народа. Я думаю, что, если посмотреть соотношение затраченных средств на проведение форума с общей выгодой, развитием бизнеса, связей с другими регионами, которые получила Пермь — становится очевидно, что баланс будет положительным. Поэтому я считаю, что форум — такая штука, которая должна быть сохранена.
Самиздат: перезагрузка
Цифровые технологии могут полностью изменить лицо книгоиздательского бизнеса.
Не все книги могут быть изданы миллионными тиражами. Более того, не все книги вообще могут быть изданы — именно такими соображениями руководствовалась 27-летняя американка Аманда Хокинг, сочиняя в свободное от работы время романтические истории из жизни вампиров. Мысль о том, чтобы предложить свои творения кому-то из издателей, даже не приходила ей в голову вплоть до весеннего дня в 2010 году, когда на глаза ей попалась статья о технологиях самостоятельной онлайн-публикации.
Эта заметка в корне изменила жизнь Аманды. За два года, прошедших с тех пор, десяток ее романов в жанре подросткового фэнтези, размещенных на сайте Amazon.com при помощи платформы Kindle Direct Publishing, разошлись тиражом в два с лишним миллиона экземпляров, а суммарный доход составил около трех миллионов долларов. В обычный день книги Аманды скачиваются в количестве 10 000 копий, а ее известность далеко перешагнула границы виртуального мира. Сегодня застенчивую, страдающую ожирением провинциалку из города Остин, штат Миннесота, приглашают в популярные ток-шоу, с ней мечтают познакомиться знаменитости, а любое ее высказывание тут же тиражируют таблоиды.
Однако не все книги, проданные Амандой Хокинг, были электронными в строгом смысле слова. Любой читатель, зайдя на страницу писательницы на «Амазоне», получал возможность выбора — скачать книгу в цифровом формате или же приобрести ее на бумаге за более чем умеренную цену в 9 долларов, не считая доставки. Как показала практика, бумажная версия лишь на треть отставала по продажам от электронной. Более того, многие фанаты, прочитав книгу с экрана ридера, после этого заказывали себе еще и экземпляр на бумаге — для того, чтобы с почестями поставить на полку или подарить на день рождения подруге.
Печать в одно касание
Как же удалось одинокой девушке, не имеющей ни собственной типографии, ни складов, ни службы доставки, ни даже договора с традиционным бумажным издателем — собственно, ничего, кроме страницы на сайте книжного интернет-магазина, обеспечить печать и бесперебойную отгрузку десятков тысяч копий своих романов в месяц? На помощь ей пришла система печати по требованию: в специальном цифровом печатном центре, имеющем партнерский договор с «Амазоном», бумажную книгу начинали печатать ровно в тот момент, когда с сайта книжного магазина поступал соответствующий заказ, затем ее брошюровали, приклеивали обложку и отправляли заказчику. Который, разумеется, не задумывается о том, почему полученная им книга выглядит чуть иначе, чем обычный роман в бумажной обложке, купленный в соседнем книжном. Ведь чаще всего покупка печатается в единственном экземпляре. «Читателю не важно, откуда взялась книжка, — полагает исполнительный директор российской Ассоциации интернет-издателей Владимир Харитонов, — поэтому продавец чаще всего даже не акцентирует на этом его внимание. Как правило, покупатель и слова-то такого не знает — печать по требованию. Для него книжка — это просто книжка, а кто, когда и на каком оборудовании ее напечатал — какая разница».
О том, насколько эффективна модель печати по требованию, говорит, к примеру, статистика американской книжной отрасли. Так, в США, по данным агентства Bowker, в 2010 году было выпущено немногим более миллиона наименований книг — при этом доля «книг по требованию» среди них составила более 760 000! В России ситуация пока выглядит менее радужно, однако и у нас цифры растут с каждым годом. «Мы сегодня печатаем около 4000 книг в день, — рассказывает генеральный директор компании «Книга по требованию» Александр Казанский. — Из них примерно 600 — это заказы из Москвы, а остальные приходят со всего мира: из Австралии, Японии, Латинской Америки. Технология процесса такова: человек заходит на сайт крупного книжного магазина (например, того же «Амазона» или российского «Озона»), который разместил у себя наш каталог, выбирает книгу и делает заказ. Заказ поступает к нам, после чего мы передаем электронный макет книги и ее обложку в ту цифровую партнерскую типографию, которая находится ближе всего к заказчику, — а оттуда свежеотпечатанный, еще тепленький экземпляр напрямую отправляется клиенту».
Кому это выгодно
Для читателя (даже если он действительно не вникает в тонкости издательского процесса) выгода от этого очевидна: книги не путешествуют через границу и вообще на далекие расстояния, не хранятся на складах, а это значит, что уменьшается стоимость логистики и доставки. Кроме того, заметно сокращается время ожидания: в среднем от судьбоносного клика, запускающего машинерию цифровой печати, до получения готовой книги проходит не более двух дней (представьте, сколько будет ехать, скажем, в Сидней бумажная книга, заказанная из Москвы!). Качество конечного продукта вполне сопоставимо с качеством книги, отпечатанной традиционным способом. Даже цена чаще всего оказывается вполне конкурентоспособной — не намного больше, чем цена обычной книги, выпущенной небольшим тиражом. «В зависимости от объема стоимость книги для покупателя составляет порядка 450—500 рублей без учета доставки, — говорит Александр Казанский. — Маленькие книжки стоят еще дешевле — до 300—350 рублей».
Перед авторами цифровая печать тоже открывает самые волнительные перспективы. Если раньше писатель, желавший издать книгу за свой счет, был вынужден заключать соответствующий договор с издателем и приобретать издательские услуги пакетом, то теперь он вполне может обойтись своими силами — и заметно при этом сэкономить. Ведь сразу печатать много книг необязательно: при цифровой печати общий тираж не влияет на стоимость каждого отдельного экземпляра, так что можно оперативно реагировать на спрос — если книга идет хорошо, ее несложно допечатать за пару дней. Более того, используя возможности маркетинга в социальных сетях, поисковую оптимизацию и другие средства интернет-продвижения, автор вполне может добиться коммерческого успеха без всякого участия профессионалов, и опыт Аманды Хокинг — лучшее тому подтверждение.
Однако выиграть от идеи печати по требованию могут не только читатели и авторы, но даже традиционные бумажные издатели. Если верить данным Российской Книжной палаты, начиная с 2008 года тиражи книг падают в среднем на 5 процентов в год, что чем дальше, тем больше делает традиционный подход к книгоизданию нерентабельным.
«Все небольшие издатели в России сейчас замерли на распутье, — говорит директор издательства «Фантом Пресс» Алла Штейман. — Мне, например, недавно пришлось пойти на крайнюю меру: сократить складские площади на треть, а залежавшиеся книжки просто подарить хозяевам склада, чтобы не пускать их под нож — хранить их дальше было слишком дорого. Это значит, что для того, чтобы сэкономить на складах и логистике, надо выпускать книги меньшими тиражами — такими, которые с гарантией разойдутся за месяц-два». Однако порой эта цифра оказывается совсем мизерной — не более пары сотен экземпляров. Ни одна обычная типография за такой заказ не возьмется, а если возьмется, то каждый экземпляр выйдет буквально золотым — нормальный типографский тираж стартует с 3000 копий. «Таким образом, у нас есть выбор: либо переставать выпускать что-то помимо стопроцентных гарантированных бестселлеров, либо же переходить на цифровые технологии и допечатывать книги по мере необходимости, — продолжает Алла Штейман. — Состоявшихся бестселлеров на всех заведомо не хватит, а рисковать и печатать темных лошадок сразу большими тиражами становится все сложнее и дороже. Так что план «Б» выглядит более реалистично. Пока мы этого не делаем, но уверена: в течение полутора-двух лет переход к большей гибкости и мобильности неизбежно свершится».
Западные участники книжного рынка думают в этом направлении достаточно давно. Постепенно все большую популярность завоевывает идея продажи контента мелкими порциями — так сказать, в розницу. Купить целую книгу рассказов или статей одного автора захочет не всякий (особенно если автор не слишком известен), а вот составить собственную антологию из фрагментов, отобранных по своему вкусу из разных источников, красиво ее оформить (такую возможность сегодня предоставляет множество онлайновых «конструкторов», справиться с которыми под силу даже «чайнику») и отпечатать в одном-двух экземплярах — такая опция многим может показаться заманчивой.
«Особенной популярностью эта идея пользуется у учителей и вузовских преподавателей, — рассказывает один из главных энтузиастов идеи «розничной» торговли контентом Джеймс Макферлейн из компании EasyPress. — За небольшие деньги и при минимальных трудозатратах они получают возможность обеспечить своих учеников и студентов удобными и практичными авторскими хрестоматиями и пособиями практически по любому предмету, которые к тому же легко модифицировать от года к году — для этого необходимо просто докупить необходимые тексты и заново отправить книжки на печать».
Словом, технологии цифровой печати по требованию в самом деле обещают серьезно трансформировать книгоиздательский ландшафт — причем обратный отсчет времени до глобальных перемен уже начался. Впрочем, существуют и определенные ограничения, которые могут существенно замедлить этот процесс.
Сдержки и противовесы
«Для того чтобы печать по требованию заработала в полную силу, этот сервис должен предоставляться либо максимально близко к конечному потребителю (оптимально — в соседнем книжном магазине), либо же доставка должна быть максимально быстрой и дешевой — как это происходит в Америке, где почта стоит копейки и работает как часы», — полагает Владимир Харитонов. К сожалению, в России ни одно из этих требований пока не соблюдается: цифровых типографий мало, и они располагаются преимущественно в крупных городах, так что для жителей глубинки — тех самых, которые сильнее всего страдают от нехватки книг — печать по требованию оказывается либо запредельно дорогой, либо физически недоступной.
Еще один важный недостаток цифровой печати — невозможность качественного воспроизведения цветных иллюстраций. «95 процентов книг, которые мы выпускаем сегодня, — это простые текстовые книги, — рассказывает Александр Казанский. — В принципе техническая возможность печатать в цвете у нас тоже есть, но на практике это редко кому требуется. Во-первых, это довольно сложно технически — для полноцветной печати станок необходимо определенным образом настраивать, так что печать занимает существенно больше времени. А во-вторых, цветная печать пока обходится крайне дорого — страница стоит более трех рублей». Конечно же, это ограничение отсекает один из самых перспективных сегментов — детские книги. По мнению Казанского, многие выходцы из России, живущие в других странах, были бы рады заказать своему ребенку книги на русском, но пока их невозможно получить в нормальном качестве и за приемлемые деньги.
И наконец последняя проблема — это обложки. В российской книгоиздательской практике еще с советских времен в качестве основных закрепились твердые переплеты, а при цифровой печати стандартным вариантом остается мягкая обложка — с точки зрения читателя более дешевая и менее престижная. Да и сам дизайн порой оставляет желать лучшего. «Если книга приходит к нам от издателя вместе с обложкой, мы, разумеется, ее используем, — говорит Александр Казанский. — Если же по каким-то причинам книга попадает к нам в виде текстового блока — а так случается чаще всего, — мы вынуждены клеить на нее стандартную, унифицированную обложку. При этом нередки проколы — например, были случаи, когда серьезные научные книги оказывались «упакованы» в обложки с легкомысленными цветочками или бабочками».
Словом, пока цифровая печать по требованию никак не может претендовать на то, чтобы полностью вытеснить с рынка традиционные книгоиздательские технологии. Скорее речь идет о том, чтобы сделать отношение к печати более гибким, осмысленным и индивидуальным. «Издатели привыкли механически и бездумно штамповать сначала бумажную книгу и только после нее — электронную. Однако в такой стратегии заключен существенный риск, — убежден Джеймс Макферлейн. — Гораздо проще и эффективнее действовать в обратном порядке: начать с самой дешевой книги — электронной; затем в случае успеха можно выпустить небольшой пробный тираж на бумаге в формате печати по требованию. И только после этого в зависимости от динамики продаж принимать решение о самом серьезном и ответственном шаге — заказе большого тиража в традиционной типографии. Уверен, что за таким подходом будущее».
Слова Макферлейна и в самом деле звучат весьма оптимистично. Выгода от такой политики очевидна: на фоне общего падения книжных тиражей она позволит сохранить неизменным количество наименований. А значит, нам не грозит в ближайшее время стать обитателями скучного и предсказуемого мира, где «в бумаге» будут доступны лишь раскрученные бестселлеры, а поиск, эксперимент и новые имена окажутся полностью вытеснены на электронную периферию. И это не говоря о бесспорной и очевидной экологической пользе: если бы елки и энергоносители в нашем обществе имели право голоса, они наверняка высказались бы в пользу печати по требованию.
Галина Юзефович
23.04.12
Издательский дом “Комсомольская правда” выпустил киоски электронных pdf-версий своих изданий
Обладатели планшетных устройств iPad отныне имеют возможность выписывать любимые издания с доставкой не домой, а прямо на планшет. Издательский дом “Комсомольская правда” выпустил приложения для чтения своих изданий в популярном гаджете. Ежедневный выпуск “Комсомолки”, еженедельник “КП” (“толстушка”), газета “Советский спорт", журнал “Советский спорт-Футбол” и “Экспресс газета” будут регулярно приходить подписчикам на iPad в виде электронной pdf-версий выпусков.
На планшетном устройстве свежий номер издания появляется раньше, чем в точках розничной печати. В электронном киоске можно купить как свежий номер издания, так и оформить подписку на длительный период. В этом случае стоимость каждого отдельного номера будет во много раз ниже, чем разовая покупка выпуска газеты. Кроме того подписка на электронную версию газеты обойдется намного дешевле, чем на ее бумажный аналог с доставкой на дом.
После скачивания приложение “Комсомольская правда” окажется в “Киоске” (Newsstand в англоязычных интерфейсах планшетов) на iPad - электронном хранилище периодических изданий. Иконка “Киоска” (Newsstand) находится на первом экране планшета. Если вы не подписаны на издание, архив и новые номера газеты доступны для покупки в разделе “Киоск” приложения. После покупки скачать номер можно в разделе “Библиотека”. Там же хранятся купленные Вами ранее номера, и туда же попадают свежие выпуски, в случае подписки на газету. Для каждого пользователя доступен бесплатный ознакомительный номер. Он тоже хранится в “Библиотеке”.
Газета День меняет формат
Газета День меняет формат / Українська асоціація видавців періодичної преси
Газета День (выпуски за вторник, среду и четверг) со этой недели будет выходить в новом формате
С 23 апреля ежедневные выпуски газеты, на протяжении 15 лет выходившие в черно-белой гамме, прибавят в цвете. Об этом ЛIГАБiзнесIнформ сообщили в издании.
Изменится также формат, он будет аналогичным пятничному. Газета станет "визуально стройнее", в то же время увеличится количество полос - с восьми до 12-ти.
"Мы постоянно пребываем в контакте с нашими читателями и реагируем на их представления о том, какой должна быть газета, - комментирует изменения главный редактор Дня Лариса Ившина. - День с самого начала выходил в формате большой влиятельной газеты европейского образца. Однако время, темп, динамика постоянно возвращали нас к мысли о потребности экспериментировать...".
День - ежедневная украинская газета, выходящая на трех языках: украинском, русском и английском. Первый номер Дня вышел из печати 11 сентября 1996 года.
Сообщения
